На главную страницу

ПИСЬМО А. С. ПОПОВА АДМИРАЛУ С. О. МАКАРОВУ
21 апреля 1900 г. [61].

15 (28) января при отправлении из Ревеля на Гогланд партии для устройства беспроволочного телеграфа было решено, что станция Кутсало будет отправлять каждый час депеши в несколько слов, а на Гогланде будут только принимать депеши с помощью змея, чтобы выбрать место, и уже тогда всю энергию направить на устройство станции П.
К 18 января под руководством лейтенанта Реммерта была закончена установка мачты и устройство станции на финляндском берегу. Я прибыл к этому времени в Кутсало, и с этого дня начали в условленные моменты работать отправительные приборы станции. Накануне прибыли в Котку с большими затруднениями в пути три офицера с броненосца «Генерал-адмирал Апраксин» и сообщили, что мачта на Гогланде не может быть готова ранее, как через неделю. 18 числа многократно была послана депеша о благополучном прибытии офицеров в Котку, и следующие дни станция продолжала посылать сигналы и ничего незначащие депеши. По условию, партия Гогланда должна была по получении первой депеши посылать по вечерам оптические сигналы прожектором и фонарями Миклашевского..., но никаких сигналов в Котке усмотрено не было.
Я уехал в Кронштадт и снова вернулся в Котку 24-го, прямо на станцию безпроволочного телеграфа. При входе мне сообщили радостную весть, что сейчас только в первый раз услышали работу станции Гогланд. Я сейчас же сел к приемному телефону, но вследствие весьма понятного волнения не мог разобрать депеши, и ответил: «слышу, но не разбираю, телеграфируйте медленнее». С Гогланда последовал ответ сильно замедленным темпом. Убедившись, что на Гогланде меня понимают, я приказал передавать имевшуюся у меня депешу Его превосходительства начальника Главного морского штаба на имя командира ледокола «Ермак». «Около Лавенсаари оторвало льдину с рыбаками, окажите помощь», а затем и другие телеграммы, накопившиеся к этому дню в Котке для передачи на Гогланд. Промежутки, оставшиеся между отправлениями, были употреблены на регулирование приборов и практику в приеме. На следующий день, 25 января, начался обмен депеш в обе стороны, а 26 числа на Гогланде станция работала уже настолько отчетливо, что устроители ее — капитан второго ранга Залевский и ассистент Минного офицерского класса П. Н. Рыбкин — передали станцию нижним чинам — телеграфистам и возвратились на «Ермаке» в Ревель.
По возвращении в Петербург я узнал, что наша первая депеша о благополучном возвращении офицеров «Генерал-адмирала Апраксина» была принята помощью змея, пущенного с палубы «Ермака», по посылавшиеся оптические сигналы не достигали Котки. Первая официальная депеша содержала приказание «Ермаку» идти для спасения рыбаков, унесенных в море на льдине, и несколько жизнен было спасено благодаря «Ермаку» и беспроволочному телеграфу. Такой случай был большой наградой за труды, и впечатление этих дней, вероятно, никогда не забудется.

А. Попов


Назад

На главную страницу

X